Дождь моросил третий час, превращая майский вечер в размытую акварель. Илья сидел в машине и смотрел на воду, стекающую по тёмному стеклу. Пробка на Садовом застыла намертво. Водитель Григорий тихо перебирал радиостанции — то сводка о рубле, то надрывной шансон. Илья поморщился. Тишина была предпочтительнее. Он устал. Не физически — физически он мог бы сейчас пробежать марафон. В пятьдесят пять лет держал себя в форме: час в бассейне по утрам, тренажёрка три раза в неделю. Он устал как-то иначе...