Существует одно поразительное, почти невыносимое для рационального ума обстоятельство, которое, однако, составляет самую сердцевину подлинного искусства: зло может быть эстетически прекрасным, тогда как добро в своей предельной, бескомпромиссной явленности почти всегда оборачивается чем-то неудобным, шероховатым, мучительным, словно заноза, вонзившаяся в гладкую поверхность обыденности. Мы привыкли мыслить мораль в категориях силы, победительности, триумфального света, разгоняющего тьму. Но опыт...