— Хочешь остаться в этой трешке? Перепиши долю на внука золовки, — Тамара Васильевна аккуратно поставила чашку с недопитым чаем на блюдце, даже не звякнув фарфором, и сцепила пальцы в замок. В ее взгляде не было сомнений, только холодная деловая уверенность человека, привыкшего диктовать условия. — Что, прости? — Марина замерла посреди кухни с зажатым в руке половником. Наваристый куриный бульон тихо побулькивал на плите, наполняя тесную комнатку привычным уютом, но воздух в одно мгновение стал вязким и душным...