Максим выставил кольцевую лампу так, чтобы свет падал на его мужественный профиль, скрывая намечающийся второй подбородок. В руках он держал годовалого Тёму — как держат кубок за первое место или дорогой аксессуар. Ребенок, только что отмытый Мариной и одетый в бежевый комбинезончик за приличную сумму, смотрел в камеру с недоумением. — Улыбнись, сынок! Папа работает! — процедил Максим сквозь зубы, не меняя положения «инстаграмного лица». Щелк. Щелк. Серия кадров. — Отлично, — выдохнул он, тут же опуская ребенка на пол, словно тот был горячим утюгом...