Дмитрий Ершов не собирался никого искать. Он ехал на охоту. Октябрь, Вологодская область, незнакомый район. Путёвку на лося выписали на участок, который он раньше не видел даже на карте. Егерь, к которому его отправили, жил на кордоне у реки Сухой, в сорока километрах от ближайшего посёлка. Дорога кончилась за два часа до кордона. Дальше шла колея, пробитая «Уралом», заросшая по краям ольшаником. Водитель, Генка Сысоев из местного охотхозяйства, курил и молчал. На вопрос, что за егерь, ответил коротко...

Вой начался в понедельник ночью. Сначала тихий, едва различимый за шумом ветра и скрипом сосен. Деревня Тальники стояла на самом краю тайги, и к волчьим голосам здесь привыкли, как привыкают к гулу проводов. Но этот вой был другим. Он не перекатывался с холма на холм, не затихал к рассвету. Он звучал с одного и того же места — день и ночь без перерыва, словно кто-то звал. Во вторник закрыли школу. Дети в лес не ходили, взрослые старались не выезжать за околицу. В среду вой не стих. Охотовед Михалыч сидел на крыльце своего дома, курил и слушал...