Маргарита Семёновна всегда умела держать паузу так, словно она актриса больших и малых академических театров, а не бывший бухгалтер на пенсии. Она пригласила нас на чай через неделю после нашей скромной росписи, когда свадебная суета уже улеглась, а цветы в вазах начали потихоньку вянуть. Поставила перед нами тонкие фарфоровые чашки, которые доставались только по самым торжественным случаям, и посмотрела на моего Дениса с такой щемящей нежностью, что мне на секунду стало не по себе. В этом взгляде читалось не только материнское тепло, но и какая-то тайная решимость...