Александр Онищенко В местном театре, на Кожевенной, давали «Изгоя». Пьеска так себе, довольно банальная, с претензией на модернизм и со скучной, хотя и весьма заковыристой фабулой. Однако именно ею открывался сезон, и вопреки пессимистическим прогнозам, народу набилось полный зал. Явился по такому случаю и сам директор театра. Он вместе со своей грузной и ворчливой супругой поместился в ложе для почётных гостей. И вот в первом же акте на сцене появляется сам Карпухин. Он что-то вроде местной достопримечательности...

Геологическую партию искали три месяца. Через полгода шестеро вышли к зимнику сами, все живые, сытые, в целой одежде. Они говорили, что пропали всего на неделю. Николай Корнеев увидел их первым. Он ехал на полуторке к старой вертолётной площадке, когда шофёр вдруг сбросил газ и молча ткнул подбородком вперёд. У дороги, где обычно торчали только редкие столбики и кривой кустарник, шли люди. Медленно. Ровно. Будто вышли не из распадка, где к началу сентября уже хватало холода, а с соседней базы после обеда...