Тишина в квартире на четырнадцатом этаже была почти осязаемой, нарушаемой лишь мерным ритмом ножа о деревянную доску. Марина резала овощи с точностью хирурга. Каждый кубик болгарского перца был идентичен предыдущему — маленькие рубиновые грани, блестящие под светом кухонных ламп. Это была не просто готовка; это была попытка структурировать хаос, который всегда врывался в её жизнь вместе с родственниками мужа. Марина взглянула на часы. 17:15. У неё оставалось ровно сорок пять минут до того, как порог...