Полоса поперёк дороги была темнее. Темнее остального грунта, шириной в две мои ступни, и шла она от угла моего забора наискось через дорогу. Я её и раньше видела. Каждую весну на ней дольше всего стояла лужа, и я думала: просело, дорога старая, ей сто лет. А под ней лежала труба с моей водой. Два дня я к этой полосе не подходила: полола то, что ещё оставалось живого, перебирала в сенях банки под закатки, поглядывала в окно и находила себе дело подальше от дороги. Боялась я, если честно, простой вещи...