«Я думал, что после полёта всё расскажу. Но понял: рассказывать нельзя даже дома». Такую мысль Валентин Лебедев записывал в своём дневнике, опубликованном после космического полёта. В ней нет ни героической позы, ни привычного восторга от покорения космоса. Есть другое, куда более земное чувство: человек вернулся, но часть пережитого осталась под грифом секретности. По этой причине многие советские космонавты после полётов надолго замолкали. Не потому, что им было нечего сказать. Чаще они слишком хорошо знали, что именно нельзя произносить вслух...