Что, если подлинная природа кинематографического образа раскрывается не в чистоте жанра, но в его нарушении, не в верности канону, но в его дерзком преодолении? Что, если самые глубокие истины о бытии являются нам не в стройных, логически выверенных формах, но в образах-химерах, в существах, собранных из несовместимых, казалось бы, частей, в кентаврах, чья противоестественность и есть их высшая правда? Фильм Роберта Родригеса «Алита: Боевой ангел» ставит перед нами именно эти вопросы — вопросы о...