— Либо переписываешь половину кондитерской на Юлю, либо мы пустим тебя по миру! — Денис с размаху швырнул на стеклянную витрину сложенный вчетверо лист. Я инстинктивно прижала к груди кондитерский мешок, из которого только что выдавливала лимонный курд на пергамент. — Это договор займа на два миллиона, — Марина Эдуардовна выступила из-за спины сына, победно поправляя воротник. — Три года назад я дала тебе эти деньги наличными на открытие дела, подпись твоя? Твоя. Не отдашь долю, затаскаем по судам как мошенницу...