– Сорок тысяч, – сказал он, не поднимая глаз от бумаг. – И это только за саму операцию. Анестезиолог отдельно. Палата отдельно. Итого шестьдесят пять. Я сидел напротив заведующего хирургическим отделением районной больницы и не мог пошевелиться. Мама лежала этажом выше с переломом шейки бедра. Ей было шестьдесят восемь лет. Упала на даче, неудачно ступила со ступенек крыльца. Скорая привезла сюда, потому что ближайшая больница – эта. Три дня уже лежала, ждала операцию. И вот я сижу перед этим человеком в белом халате, а он спокойно называет мне цену...