Физическая аудитория Петербургского университета была набита до отказа. 25 апреля (7 мая по новому стилю) 1895 года на заседание Физического отделения Русского физико-химического общества явились даже те, кто обычно пропускал рутинные доклады. На кафедре стоял невысокий, сухощавый человек тридцати шести лет с аккуратной бородкой и спокойным, чуть усталым взглядом — преподаватель кронштадтского Минного офицерского класса Александр Степанович Попов. Перед ним на столе, среди батарей, проводов и реле, возвышалась стеклянная трубка с металлическими опилками внутри...