Когда на экране появляется врач-гений, зритель обычно затаив дыхание ждёт: «Ну-ка, сейчас он всех раскатает, спасёт сложнейшего пациента — и пожалуйста, пусть всё кончится хорошо». Про Доктора Грегори Хауса так и было: зритель любил его циничный сарказм почти так же, как и поразительные медицинские решения. А потом возник «Хороший доктор» — вот тебе совсем другая форма гениальности, но тоже «спасатель» со сложной «болью» внутри: Шон Мёрфи, молодой врач-аутист, напрочь лишённый ядовитого юмора Хауса, зато наделённый сверхточным восприятием деталей...