Шум старенькой стиральной машины в тесной ванной панельной пятиэтажки смешивался со свистом чайника на плите. Я стояла у окна, покачивая переносную люльку, где беспокойно кряхтел четырёхмесячный Тимоша. Сын упорно не хотел засыпать — то ли животик крутило, то ли духота от постоянной сушки пелёнок мешала. Мои ладони, огрубевшие от бесконечной стирки и мытья посуды (посудомойки у нас не было, машинка стиральная работала на последнем издыхании), тряслись от накопившейся усталости. До декрета я трудилась технологом на кондитерской фабрике, целыми сменами на ногах у горячих печей...