Квартира пахла жареным луком, валерьянкой и безысходностью. Наташа стояла посреди кухни, скрестив руки на груди, и смотрела на своего мужа Бориса, для его мамы — Борюсика, с той смесью презрения и усталости, которая бывает только у женщин, тянущих на себе семью, ипотеку и инфантильного мужа...