Июльская жара в тот день стояла особенная – липкая, тягучая, как растопленная смола. Воздух словно загустел и не желал двигаться. Даже в тени было нечем дышать: духота обволакивала, давила на виски, превращала каждый вдох в маленькое усилие. Небо с утра было голубым и чистым, но к полудню у горизонта начали собираться тёмные громады облаков – такие плотные, фиолетово-серые, что даже смотреть на них было немного тревожно. Они наплывали медленно, торжественно, как что-то неотвратимое, и в их движении было что-то завораживающее и пугающее одновременно...