Усталость осела, как пыль веков на пыльных страницах древних фолиантов, давя не только на плечи мамАни и Влада, но и на самого Гения Евгенича — обычно искрящегося подобно бенгальскому огню. Последнее метро уже не манило огнями, а скорее напоминало изнурительное путешествие в глубины Аида...