Маленький Даня всю свою жизнь жил между трех огней: маминой семьей, папиной семьёй и неким очень плохим Геной, который сделал маленького Даню во всем похожим на себя, то есть очень, ну вот прям очень плохим. Мамина семья всегда, когда ругала Даню, говорила: это все гены виноваты! Весь в отца пошел! И папина семья, когда Даню ругала, тоже говорила, что все гены виноваты, и он в мать пошел. Почему отец и мать Дани это терпели, я не знаю. Наверное, потому, что они и сами постоянно ругались и когда ругались, кричали на Даню, и всегда кричали на Даню, и тоже говорили, что гены виноваты...

— Ты завтра выходная? Света обернулась от плиты, где помешивала суп. Игорь стоял в дверях кухни, ещё в рабочей куртке, с телефоном в руке. По его лицу она уже знала, к чему этот вопрос. — Да, выходная. — Мама звонила. Спрашивала, когда приедем. Света отложила ложку, убавила огонь. В груди привычно шевельнулось что-то тяжёлое, но она промолчала. Спорить не хотелось. Спорить было бесполезно. — Во сколько выезжаем? — В восемь, чтобы пораньше там быть. Мама говорит, ягода пошла, надо собрать, пока не выгорела на солнце...