— Соня, солнышко, я в субботу обязательно приеду. Только Елене пока ничего не говори, хорошо? Елена застыла в прихожей с одним снятым сапогом. Дверь на кухню была прикрыта неплотно, оттуда тянуло жареным луком и голосом мужа — тем самым, тёплым, каким он разговаривал только с очень маленькими или с очень дорогими. В сумке, между кошельком и ключами, лежал сложенный вчетверо листок. Чёрно-белый снимок, на котором врач обвела ручкой крошечное серое пятнышко и подписала сбоку — одиннадцать недель. Восемь лет она ждала этот листок...