Вера вернулась с похорон тёти и не узнала собственную гостиную: вместо льняных штор висели тяжёлые бордовые, с ламбрекеном. Муж знал, дочь знала, а ключи были только у одной женщины. Что Вера сделает с ними на юбилее свекрови? Она открыла дверь и сразу поняла: в квартире пахнет чужим. Не плохо, не затхло. Ванилью и нафталином, как в шкафу, где десятилетиями висят чьи-то праздничные платья. Вера поставила сумку на коврик. В ушах ещё гудели колёса плацкартного вагона, а в спине жила четырнадцатичасовая дорога от Саратова...

Помпон на второй шапке был пышнее. На полсантиметра, не больше, но Валентина Яковлевна видела это от двери кухни, а значит, увидят и дети. Она положила обе шапки на клеёнку, взяла маникюрные ножницы и стала подравнивать. Ножницы щёлкали, серая шерсть оседала на стол лёгким пухом. Рядом лежали два чека, скреплённые скрепкой: девятьсот девяносто и девятьсот девяносто. Сорок лет в бухгалтерии приучают проверять, сходится ли. Внуку Никите сегодня исполнялось десять. Конструктор с моторчиком Андрей купил ему сам, ещё в феврале...