Голова гудела так, будто по ней проехал пожарный грузовик, причем на полном ходу и с включенной сиреной. Я попытался открыть глаза, но веки словно свинцом налились. Во рту стоял мерзкий, сухой привкус ваты и чего-то горького. Я застонал и инстинктивно дернул задней лапой — левой, той самой, которой всегда неуклюже задевал ведро в гараже, — и тут же взвыл от острой, пронзительной боли в колене. Колено горело огнем! Оно было туго перетянуто каким-то грязным эластичным бинтом. С трудом разлепив глаза, я уставился в серый, покрытый трещинами и подозрительными пятнами бетонный потолок...