Хрустальная салатница в руках Галины Петровны казалась тяжелее могильной плиты, хотя в ней был всего лишь «Оливье». Тишина в квартире, которую она берегла последние три часа, звенела от напряжения, ожидая неизбежного взрыва. Идеально отглаженная скатерть, фамильное серебро, выставленное в ряд, и утка с антоновкой в центре стола — всё это напоминало декорации к спектаклю, где зрители опаздывают, а актер вот-вот забудет текст. Входная дверь распахнулась с таким грохотом, будто её выбивали тараном....