Запах пригоревшей каши встретил её ещё на лестничной площадке. Вера открыла дверь ключом, который свекровь выдала ей с таким видом, будто жаловала милость, и шагнула в коридор. В квартире стояла тишина, от которой сразу заломило виски. Илюша стоял на коленях в углу кухни. Лицом к стене. Руки вытянуты вдоль тела, спина прямая, как линейка. Ему было семь лет, и он не шевелился, словно забыл, что имеет право двигаться. А за столом сидела Соня. Четыре года, кудрявая чёлка, огромные карие глаза. Перед ней стояла тарелка с серой овсянкой, давно остывшей, покрытой плёнкой...