Я стояла в прихожей, а тётя Жанна Сергеевна — вся в чёрном, но с таким лицом, будто пришла не на похороны, а на распродажу — сунула мне в руки пакет и сказала с издёвкой: — На, сиротка. Бабушкины банки с вареньем. Чтоб ты не забыла вкус “семьи”. И улыбнулась так, что у меня внутри что-то отслоилось, как старая краска на батарее. Я взяла пакет. Банки звякнули друг о друга, липкие бока скользнули по пальцам. И в этот момент мне стало холодно — не от осени, а от того, как спокойно они меня выносили из моей же жизни...