Вечер выдался тихим и усталым. За окном октябрьская мгла съедала остатки дня, а в кухне панельного дома горел лишь свет под вытяжкой, отбрасывая жёсткие тени. Ольга сидела за столом, уткнувшись в экран ноутбука...

— Твой брат живет у нас уже полгода, ест за троих и даже тарелку за собой не помоет, а ты молчишь?! Мне надоело обслуживать двух здоровых мужиков! Либо он съезжает сегодня же, либо я забираю детей и ухожу к родителям, а вы тут хоть грязью зарастите! — голос Светланы скрежетал, как металл по стеклу. В нем не было ни истеричных нот, ни жалобной дрожи, только глухая, свинцовая усталость, перемешанная с яростью. Она стояла в дверном проеме кухни, все еще в рабочей куртке, от которой пахло больничной хлоркой и чужими лекарствами...