Я поняла, что больше не могу слышать звук стиральной машины, в тот вечер, когда она в третий раз за день начала глотать воду, будто голодная зверюга. Она стояла в ванной, старая, белая, с царапиной на крышке и жёлтым пятном возле кнопки запуска. Когда-то я радовалась ей, как ребёнок подарку: первая наша крупная покупка после свадьбы, первая вещь «в дом», первая гордость. А теперь каждый её оборот отдавался у меня где-то под рёбрами глухим стуком: крутись, Лера, крутись. Отжимай. Выжимай. Себя, жизнь, терпение, последние деньги из кошелька...