— Моя мама будет жить в детской, — произнес Вадим таким будничным тоном, будто сообщал прогноз погоды на завтрашнее утро. Он даже не оторвал взгляда от экрана планшета, продолжая вяло размешивать сахар в фарфоровой чашке. — В какой еще детской? — Аня замерла с разделочной доской в руках. Нож со стуком опустился на деревянную поверхность, оставив недорезанный стебель сельдерея. — В нашей детской, Ань. У нас ведь трехкомнатная квартира, а комната пустует. Зачем добру пропадать? Маме тяжело одной в пригороде...