В тот апрельский вечер таз с утятами занял на кухне у бабы Вали самое почётное место — прямо у печки, где обычно сушились её валенки. Пять жёлтых комочков пищали так, будто у каждого внутри сидело по маленькому свистку. Баба Валя накрыла таз старой марлей, чтобы не выпрыгнули, поставила рядом блюдце с водой и села на табуретку — любоваться. А из-за печки на неё смотрела Мурка. И в глазах у Мурки было что-то такое, отчего баба Валя на всякий случай пододвинула таз поближе к себе. Мурке было лет девять — точно баба Валя уже и не помнила...