Моему сыну 12 лет. У него нет ни рубля карманных денег. И я не собираюсь это менять. Когда я произношу эту фразу вслух в компании других родителей, повисает тяжёлая, почти осязаемая тишина. Люди смотрят на меня так, будто я только что призналась в систематическом лишении ребёнка горячей пищи или прогулок на свежем воздухе. На лицах мгновенно проступает смесь праведного возмущения и тайного превосходства. Как же так, две тысячи двадцать шестой год на дворе, у каждого первоклассника к шее привязан...