Слова не имели для него никакого смысла, однако, когда он увидел лицо той девушки, решил помочь (или подыграть?) — даже вопреки своему первому порыву. Марко Антонелли было тридцать два года. В тот вечер он нервно сжимал чашку с кофе, пока аромат жасмина в холле отеля «Principe di Savoia» смешивался с глубоким солёным привкусом так и не пролитых, подавленных слёз. Синий галстук, подаренный сынишкой Лукой на день рождения, душил его, словно шёлковая удавка. Прошло всего шесть месяцев после смерти Авроры, и любое светское мероприятие всё ещё было пыткой...