Три года Зоя Павловна жила в их квартире. Три года Рита молчала, терпела, уступала. А потом сказала одну фразу, после которой всё изменилось. Рита нашла тапочку под диваном. Не свою. Бежевую, стоптанную, с вмятиной на пятке, которая за три года стала такой же привычной, как трещина на кафеле в ванной. Она подержала её в руке, поставила у порога и пошла варить кофе. Кофеварка зашипела. В коридоре зашаркали шаги, и Зоя Павловна появилась в дверном проёме кухни в своём бордовом халате, с полотенцем на плече...