В ту ночь я поняла, что больше не выдержу. Я стояла посреди гостиной босиком, в старой футболке Андрея и с мокрой тряпкой в руках. Под ногами хрустел наполнитель из кошачьего лотка. Один кот вцепился когтями в боковину нашего дивана, второй сидел на подоконнике и с остервенением грыз жалюзи, а третий, самый толстый и наглый, устроился на журнальном столике прямо рядом с чашкой Андрея. Моя чашка лежала на полу разбитая. Кофе растекался по светлому ковру. Из кухни донёсся голос Ольги Петровны: — Не трогай Барсика! Он же тебя боится! — Он не меня боится, — сказала я, стараясь не кричать...