Легче всего за десять лет брака я отдала мужу имя нашей младшей дочки. Катю, Екатерину, по бабушке, я носила в себе всю зиму, а уступила за пять минут, через форточку второго этажа роддома. Мне тогда казалось, что с Толей нам делить нечего. Он стоял внизу на вытоптанной клумбе и задирал голову. — Оль! Снежана! Слышишь меня? Снежана! — Толь, мы же решили: Катя! — Это ты решила. Старших ты называла, я слова не сказал. — Бабушка у меня Катя была. — А эта беленькая. Сама в записке писала: беленькая вся...