— Я подал на развод. Я сначала решила, что ослышалась. Чашка выскользнула из руки, чай растёкся по полу, а я продолжала стоять спиной к мужу, не решаясь повернуться. — Устинья, ты слышала? Я подал на развод. От собственного имени стало ещё холоднее. Устиньей меня называла только бабушка. Для всех остальных я давно была Тиной, для пациентов — Устиньей Анатольевной. Адам почему-то всегда любил полное имя и сейчас произнёс его именно так, словно собирался не разрушить двадцать пять лет нашей жизни, а зачитать заранее подготовленный документ...