Анна вернулась домой с совещания, которое закончилось позже обычного. Она купила Артёму новый конструктор и предвкушала вечер: пицца, мультики и обнимашки с сыном на диване. В кармане куртки звякнул ключ, но дверь в её квартиру на третьем этаже была приоткрыта. Сердце ёкнуло. — Артём? — позвала она, заходя. Из кухни донёсся знакомый, чёткий голос, от которого у Анны все похолодело внутри: — Не волнуйся, это я! На пороге кухни, в её же клетчатом фартуке, с половником в руке стояла Тамара Петровна, бывшая свекровь...

Кухня была залита неверным утренним светом. Марина стояла у окна, сжимая в руках чашку остывшего кофе. На столе лежал список покупок, составленный её мужем, Вадимом. Список был властным: «Икра (только красная, мелкую не бери), коньяк (марку прислал в SMS), салфетки в тон скатерти Анны Павловны». Анна Павловна, её свекровь, праздновала шестидесятилетие. Для Марины это всегда означало одно и то же: три дня на ногах, стертые в кровь пальцы от чистки овощей и роль «подай-принеси» на празднике, где её имя вспоминали, только если заканчивался чистый лед...