Ну нет, господин офицер, так не пойдет! Я не собираюсь одна возвращаться в родительский дом и сидеть там, как кисейная барышня у окна, в тоскливом ожидании, гадая, жив он или нет. «Плохо ты меня знаешь!» – злюсь, и эта мощная эмоция придает сил. Хватаю пакеты, волоку их за собой и почти бегу к автостанции. Она неподалеку, заметила её, когда мы проезжали мимо. Там всегда стоят местные бомбилы – несколько машин, мужики курят, обсуждают свои дела и ждут клиентов. Прибегаю, запыхавшаяся, красная, с пакетами, которые уже вот-вот готовы разорваться...