Аграфена стирала в корыте, когда во дворе залаял Полкан. Собака у них была старая, лаяла редко — на чужого, на нищего, на почтальоншу. Но сейчас Полкан зашёлся хриплым, надрывным лаем, словно чуял не просто чужого, а какую-то беду. По раскисшей от осенних дождей дороге, мимо покосившихся плетней, к её дому шёл старик. Не из их села — она знала всех в Крутогорье. Чужой. Аграфена стирала в корыте, когда во дворе залаял Полкан. Собака у них была старая, лаяла редко, больше для порядка — на чужого, на нищего, на почтальоншу...