Жако улетел в пятницу, в двадцать три сорок пять, когда Лёня открыл окно, чтобы «проветрить после сигарет» — хотя он бросил курить три года назад, а пачка сигарет в кармане его куртки, висевшей в прихожей. Птица сидела на шторном карнизе, резко, по-птичьи повернула голову, зыркнула исподлобья — как они умеют, — и вышла в темноту так же небрежно, как Лёня обычно выходил из любой ответственности: без шума, без прощания, оставив после себя только пустое пространство и лёгкий запах перьев. Лёня стоял у окна минуту...