Ларек шаурмы был единственным освещенным островком в этом непроглядном мареве и словно прожектор приманивал к себе оголодавших ночных светлячков: пьяных, чей желудок устал переваривать разбавленный этил, задержавшихся работяг с местных комбинатов, менеджеров из близлежащих обшарпанных офисов и просто тех, кто не мог позволить себе что-то более сносное, чем сомнительный фастфуд возле дороги. Ночь была тихой. Желтые лучи автомобильных фар прорезали туман не чаще чем раз в пять минут, а люди призраками...