Вечер тогда выдался тихий, но стылый. Мороз градусов под тридцать давил, аж деревья в саду трещали. Я в тот день у подруги своей, Надежды, задержалась. Она в школьной столовой поваром всю жизнь работает. Женщина - золото, а судьба - полынь горькая. Маленькая она, сухонькая, но жила в ней стальная. Двоих детей одна подняла, когда муж сгинул, и ни разу я не видела, чтоб она руки опустила или жаловаться начала. Мы с ней на кухне сидели, к празднику готовились. Надя тесто на пироги ставила - опарное, пышное, оно у неё живое прямо, под руками пищит...