Григорий Степанович приехал в среду, ровно в девять утра, как и договаривались. Лариса выглянула в окно и увидела старика с холщовой сумкой через плечо — сухонького, невысокого, в кирзовых сапогах, будто из другого века. Муж за завтраком уже успел проворчать: — За такие деньги я бы за неделю сам эту печь переложил. Молодых надо было звать, они быстрее. — Молодые её и сломали в прошлый раз, — напомнила Лариса, разливая чай. — Забыл? Дом достался ей от бабушки, стоял в деревне под Костромой, и печь в нём была старая, ещё довоенная, с трещиной во весь бок...