Вий — редкий случай, когда один персонаж умудрился одновременно стать и «древним богом», и «гоголевской страшилкой», и лакмусовой бумажкой для всех, кто любит спорить о корнях славянской мифологии. И вот здесь начинается самое интересное: если Вий — всего лишь художественный прием, почему он выглядит так, будто пришел из очень старого и очень темного слоя народного страха? А если это след реального культа, почему фольклор молчит так подозрительно, словно кто-то намеренно стер имя? На «Мастерской Брокка» мы не будем гладить читателя по голове и повторять удобные мантры...