Валентина Фёдоровна, семьдесят два года, бывшая учительница химии, открыла дверь и сразу поняла: в квартире кто-то был. Не потому, что что-то пропало или сдвинулось. Всё стояло на своих местах — тарелки в сушилке, тапки у порога, газеты на журнальном столике. Просто в воздухе висел запах. Едва уловимый, но чужой: что-то вроде пыли, смешанной с чем-то сладким, похожим на старые конфеты. Она прошла в комнату. Пианино — её пианино, немецкое, коричневое, с пюпитром для нот, — стояло у стены, как и сорок лет назад...