Сумки стояли на коврике у двери. Три. Моя дорожная, синяя, с которой я когда-то ездила в Геленджик. Два больших клетчатых баула, какие бывают у челноков на вокзале. Сверху на баулах лежал мой фен. Шнур был аккуратно обмотан вокруг ручки. Я смотрела на этот фен и почему-то думала только о шнуре. О том, как Алла Семёновна его обматывала. Ровно, виток к витку. Она всё делала ровно. Я позвонила в дверь. За дверью было тихо. Потом щёлкнул глазок. — Алла Семёновна. Откройте. — Не открою, — сказала свекровь через дверь...