Через секунду Марина оказалась прижата к холодному кафелю ванной. Она молилась, лишь бы сын в комнате не проснулся. Игорь навис над ней — не кричал, нет. Он никогда не кричал. Это было самое страшное в нём: тихий голос, почти ласковый, и глаза, которые смотрели сквозь неё, как сквозь стекло...