Рашид опрокинул миску ногой, и вода побежала по плитке к чугунной решётке. Рыжая собака не залаяла. Она отступила на шаг, поджала хвост и снова легла у калитки. На ошейнике у неё держался короткий обрывок синей ленты. Шерсть намокла от ночного дождя, на белом пятне под шеей засохла грязь. "Уберите её отсюда, Тимур. Здесь не собачий двор". Я держал щётку обеими руками. На рукавах рабочей куртки выступили белые следы соли. Ключи на карабине звякнули, когда я нагнулся за перевёрнутой миской. "Она сама уйдёт"...