— Положи планшет, Алиса. Я сказал, положи. Борис Павлович вырвал из ее рук планшет и с грохотом швырнул его на полированный стол из массива дуба. Корпус треснул, на экране вспыхнула и погасла тонкая синяя полоса. Алиса отшатнулась, уперлась поясницей в край мраморного подоконника и вскинула подбородок. Сердце колотилось у самых ребер, пальцы мгновенно похолодели. — Вы не имеете права трогать мои вещи. — В этом доме все мое, — свекр шагнул вплотную, накрыв ее запахом дорогой кожи и табака. — И вещи, и мебель, и твои эскизы...

За деревней, на бугре, где раньше стояла старая колхозная ферма, растащенная на кирпичи ещё в девяностых, кипела стройка. Столичный агрохолдинг «Заречье-Агро» купил землю, пригнал технику, привёз бригаду и объявил на весь район, что построит молочный комплекс на четыреста голов. С самой современной дойкой, с навозоудалением и с чем-то ещё, о чём в Кривцове знали только понаслышке. Деревенские бабы качали головами. Мужики ходили смотреть на экскаватор, как на чудо, и уходили, расспросив, сколько платят...