– Что ты себе позволяешь? – голос Тамары Ивановны дрогнул от неожиданности, но в нём уже звучала привычная стальная нотка. – Это мой сын, мой дом, в конце концов! Ольга стояла в дверях кухни. Её щёки горели, сердце колотилось так сильно, что казалось, его стук слышат все в этой тесной трёхкомнатной квартире. Она не планировала говорить это вслух. Нет, совсем не планировала. Но слова вырвались сами, после очередного вечера, когда свекровь в который раз переставила кастрюли на её кухне, прокомментировала,...